Урожай зерновых: рекорда не будет
Прогнозы Минсельхоза и ряда аналитиков по поводу итогового урожая зерновых сильно расходятся. Ведомство смотрит в будущее оптимистичнее.
По оперативным данным органов управления АПК субъектов РФ, по состоянию на 28 сентября года зерновые и зернобобовые культуры обмолочены с площади 40,3 млн га (всего в стране зерновой клин занимает почти 45 млн га). Намолочено 105,4 млн тонн зерна, урожайность составляет 26,2 центра с гектара. На ту же дату прошлого года было намолочено 121,8 млн тонн зерна при урожайности 28,7 ц/га, подсчитали в «Интерфаксе».
Пшеница обмолочена с площади 26,3 млн га и собрано ее 74,2 млн тонн с расчетной урожайностью 28,2 ц/га. В прошлом году на эту дату было собрано 85,2 млн тонн, а урожайность составляла 30,6 ц/га.
Стоит напомнить, что в 2020 году Россия собрала в чистом весе 132,9 млн тонн зерна. По данным Росстата, это оказалось на 9,7% больше, чем в 2019 году (121,2 млн тонн), а урожай стал вторым по величине в истории РФ (рекорд был поставлен в 2017 году — 135,5 млн тонн).
Уже очевидно, что в 2021 году рекорда ждать не стоит. Погодные условия были не столь благоприятными: в ряде регионов наблюдалась засуха, а в некоторых, напротив, избыточные для высокого урожая дожди.
Дефицита нет, но меры принимаются
Природные катаклизмы повлияли на снижение сбора зерна в России, и по сравнению с прошлым годом он может составить 118,7 млн тонн, в том числе 74,7 млн тонн пшеницы, считает директор департамента стратегического маркетинга «Русагротранса» Игорь Павенский — такой прогноз он сделал на конференции «Растениеводство России». Заметим, что прогноз Минсельхоза намного оптимистичнее: согласно ему, урожай зерна в 2021 году в чистом весе составит 127,4 млн тонн, в том числе 81 млн тонн пшеницы.
В любом случае, некоторые отраслевые эксперты уже заявили, что из-за снижения урожая Россия может снизить объем экспорта пшеницы и потерять статус лидера мирового рынка по поставкам этого вида зерна. В частности,
«Интерфакс» со ссылкой на исследование ИКАР «Аграрные пошлины: макроэкономический эффект и альтернативные пути поддержки населения» пишет, что экспорт пшеницы из РФ в этом сельскохозяйственном году составит 31-31,5 млн тонн при ее сборе на уровне 74-75 млн тонн.
На рост зерновых цен уже пожаловались производители макаронных изделий. К примеру, владелец холдинга «Алтан» Валерий Покорняк заявил, что цена на пшеницу твердых сортов на пр-38 тыс. руб. Переработчики не согласны с такими высокими заработками доходами аграриев и настаивают на введении дополнительной экспортной пошлины на пшеницу. В противном случае они грозят подорожанием своей продукции на магазинных полках. Аграрии же указывают на то, что нужно снижать торговую наценку в торговых сетях.
Минсельхоз, впрочем, поспешил сообщить, что дефицита твердой пшеницы на российском рынке не наблюдается: страна обеспечивает свои внутренние потребности в этой продукции. Правда, в министерстве добавили, что в настоящее время для наращивания объемов производства ведомство прорабатывает вопрос расширения мер господдержки аграриев в рамках компенсирующей и стимулирующей субсидий, пишет РБК.
Определенные меры действительно принимаются. Так, согласно сообщению Минсельхоза, экспортная пошлина на пшеницу из РФ уже повышена с 29 сентября с 50,9 до 53,5 доллара за тонну (прежняя ставка действовала по 28 сентября). Размер пошлины рассчитан на основе индикативных цен (276,5 доллара за тонну против 272,8 доллара неделей ранее). Новая ставка пошлины будет действовать по 5 октября.
Мир проедает запасы
Мировые цены на пшеницу находятся сегодня на максимуме с 2014 года — около 270 долларов за тонну американской красной пшеницы стоят фьючерсы в Чикаго, отмечает аналитик товарных рынков отдела глобальных исследований компании «Открытие Инвестиции» Оксана Лукичева. В России экспортная стоимость пшеницы FOB Черное море на 24 сентября составила, по данным Совэкона, 304 доллара за тонну.
Резкий рост цен на мировом рынке пшеницы начался с июля 2020 года — в связи с увеличившимся во время и после пандемии спросом со стороны Китая, стран Ближнего Востока и Северной Африки, напоминает эксперт. Сказался фактор прерывания наработанных логистических цепочек. Кроме того, несколько крупных производителей (например, Австралия, Канада, страны ЕС, США) пострадали от неурожая зерновых в прошлом и нынешнем сезонах. В результате второй год мировой рынок пшеницы находится в дефиците, накопленные запасы постепенно снижаются.
Хотя, по данным Минсельхоза США, накопленные запасы пшеницы в мире довольно высоки, в последние сезоны они проедаются, и это толкает цены вверх. В этом году урожай зерновых ожидается ниже и в России: по данным Минсельхоза РФ, на 22 сентября собрано 103,1 млн тонн зерна, из которых 72,9 млн тонн пшеницы (против 119,0 и 84,1 млн тонн на ту же дату прошлого года). Однако, хотя прогноз на урожай в России относительно прошлого года понижен, он все равно ожидается достаточно высоким — Минсельхоз, в частности, оценивает экспортный потенциал сезона 2021-22 годов на уровне 51 млн тонн (в прошлом сезоне вывезено 49 млн тонн зерна, из них 38 млн тонн — пшеницы).
Что же касается состояния российского внутреннего рынка, то еще в 2020 г. были предприняты шаги по ограничению чрезмерного экспорта зерновых, начавшегося вследствие девальвации рубля, и введены экспортные пошлины, напоминает Лукичева. С августа 2021 года пошлины для пшеницы, кукурузы и ячменя рассчитываются еженедельно, в зависимости от цены FOB: с 29 сентября по 5 октября она составляет на экспорт пшеницы 53,5 доллара за тонну. Принятые меры значительно затормозили экспорт в текущем сезоне: с июля по сентябрь он составляет в среднем около 3,8 млн тонн в месяц против 4,9 млн тонн за тот же период 2020 года.
Сформировавшиеся в сезоне 2021-22 годов высокие цены вряд ли понизятся, поскольку спрос как на мировом рынке, так и внутри России, остается высоким, считает аналитик. В следующем сезоне, по предварительной оценке, цены, скорее всего, останутся на высоком уровне, хотя сейчас говорить об этом сложно из-за незавершенной пока посевной.
Конечно, внутренние цены на пшеницу в России находятся сейчас на высоком уровне — по третьему классу около 15 тыс. руб., признает Оксана Лукичева. Но, по ее мнению, мукомолы вряд ли имеют повод скандалить: повысился уровень цен на все товары, а не только на зерновые. И случилось это не по причине высокого экспорта в текущем сезоне.
Посевные площади — расширять, урожайность — повышать
Для аграриев каждый год является особенным, говорит преподаватель кафедры финансовых дисциплин Высшей школы управления финансами Анатолий Гожий. Он напоминает, что влияние климатического фактора вносит элемент нестабильности в процесс воспроизводства сельхозпродукции. Низкая предсказуемость перспектив аграрной отрасли даже на краткосрочном горизонте предполагает максимальное использование благоприятной текущей конъюктуры для наращивания капитализации.
Рост мировых цен на продукцию АПК (и прежде всего зерновые) обеспечил российским производителям высокую доходность за счет наращивания экспорта. Пшеница же является главной агрокультурой в мировой торговле и основным продуктом агроэкпорта нашей страны. Причем, лидерство России в международной торговлей пшеницей имеет все возможности для превращения в абсолютное доминирование на мировом рынке зерна.
Несомненно, период неограниченного вывоза пшеницы за рубеж по высоким ценам (да еще при слабом рубле) обеспечил рекордную рентабельность аграриям — даже с учетом того, что часть доходов была «съедена» растущими издержками. Однако, следует учитывать значение продукции агропромышленного сектора в целом и производства пшеницы в частности для обеспечения продовольственной безопасности страны, отмечает эксперт.
Экспорт, несомненно, важен для капитализации отрасли, но базироваться он должен на избытке зерна внутри страны, уверен Гожий. Иначе рост цен на продукты питания вполне может перерасти в галопирующую инфляцию. В частности, возникший сегодня экспортно-импортный дисбаланс по твердым сортам пшеницы вполне способен спровоцировать рост цен на макаронные изделия. В этом смысле регулирование государством рынка зерна через систему заградительных пошлин и квот на вывоз в сочетании со стимулирующими и компенсационными субсидиями является необходимой составляющей сбалансированности продовольственного рынка. Причем, интересы внутреннего потребления должны стоять во главе угла проводимой государством агрополитки.
Будет ли Россия в мировой торговле пшеницей стоять на перовом месте, или опустится несколько ниже — не столь важно, считает Гожий. Для сохранения лидирующих позиций у нас есть все возможности. Глобальные климатические изменения в чем-то мешают, но в чем-то и помогают нашей стране: с одной стороны, участились засухи и снизилась устойчивость в сборе урожая в ключевом зерновом регионе — на юге европейской части. С другой стороны, более теплые зимы создают возможности расширения посевов озимой пшеницы (а ее урожайность в два раза выше, чем у яровой), в том числе и за счет вовлечения в производство прежде непригодных для выращивания зерна регионов — прежде всего, Сибири.
То есть, возможности экстенсивного развития сельского хозяйства в нашей стране далеко не исчерпаны, заключает Анатолий Гожий. Россия остается одной из немногих стран, в которых сохраняется потенциал расширения пахотных земель. Но внедрение интенсивных аграрных технологий остается актуальной проблемой. Урожайность пшеницы в нашей стране в два раза ниже, чем в Евросоюзе. Так что стимулирование государством вложения полученных прибылей в основные фонды — это важная составляющая развития отрасли.
Источник
«Надуть» урожай: Минсельхоз закрыл глаза на «кривую» отчетность
Чиновники вынуждают аграриев делать приписки под угрозой отлучить от мер господдержки
Российский зерновой союз (РЗС) сомневается в корректности поступающих из регионов данных об уборке зерна и не исключает приписок. Причем, по словам руководителя этой ассоциации Аркадия Злочевского, происходит это не по инициативе, не по ошибке, и не по какому-то злому умыслу фермеров и сельхозпредприятий — аграрии вынуждены это делать под давлением со стороны чиновников, которые угрожают отказать в субсидиях и господдержке тем, кто не предоставит отчетность с «дутыми» показателями.
«Вопрос корректности данных из региональных органов управления АПК встает в повестку дня сегодня достаточно остро. Не берусь утверждать, по каким причинам такая практика сформировалась, но региональные органы оказывают давление на сельхозпроизводителей сегодня с тем, чтобы они „давали вал“: и по площадям, и по урожаям», — сказал Аркадий Злочевский.
По мнению президента РЗС, это формирует достаточно серьезный риск приписок в той статистике, которая собирается в стране. «Мы уже столкнулись с этим явлением в прошлом сезоне и вот сейчас тоже наблюдаем этот процесс», — подчеркнул Аркадий Злочевский.
Прежний прогноз по урожаю зерновых составлял 117−118 млн. тонн. Сейчас с 97% площадей зерновых собрано 125,7 млн. тонн зерна в бункерном весе. Исходя из этих данных, Зерновой союз прогнозирует сбор в чистом весе в 121,6 млн. тонн.
«Это уже в весе после доработки и это уже 100% убранных площадей, то, что мы, соответственно, обсчитываем, — уточнил президент РЗС. — Сейчас корректируем с данными по уборке, которые поступают из Минсельхоза, вот 121,6 получается, но вопрос объективности данной статистики остается, видимо, придется в течение сезона как-то отслеживать и смотреть, выявлять коэффициент недостоверности, скажем так, сколько из этих данных приписаны».
Никто из опрошенных «СП» экспертов не отрицает наличие практики приписок в зерновом сегменте аграрного сектора экономики страны. Но экспертные мнения расходятся по поводу масштабов такого явления, а также степени его влияния на цены.
Хотя, даже не будучи экспертом в конкретной отрасли, в данном случае — зернового рынка, легко догадаться, что «кривая» статистика может нанести серьезный ущерб.
— Из-за приписок у нас происходят просто астрономические потери ресурса. К тому же, это некорректно влияет на ценообразование: согласно статистике и показателям, цены должны уже довольно сильно упасть, но происходит обратный процесс, — считает президент Российского зернового союза Аркадий Злочевский:
— О масштабах этого явления говорить сложно, здесь надо серьезно разбираться, анализировать. Об этом мне рассказывают крестьяне, о том, что на них оказывают такое давление местные, региональные чиновники. А причины понятны: видимо, поступают команды сверху, с федерального уровня, а они отрабатывают, исполняют их не местах. Причем, четко, строго — не дай бог снижать площади, снижать показатели Надо отчитаться правильно, вот и все. Отсюда, видимо, ноги и растут. Конечно, это я могу только предполагать, поскольку прямых доказательств у меня нет.
«СП»: — Возможно, чиновники таким образом пытаются хотя бы на бумаге показать эффективность использования аграриями выделяемых им субсидий и прочих мер поддержки?
— Нет, эффективность с этим никак не связана, это скорее наоборот — главный инструмент давления: не отработаешь, не дашь показатели, соответственно, не получишь субсидии, мы тебя от них отлучим.
«СП»: — Но аграриям и самим выгодно — чем больше — по всем параметрам — тем лучше. Зачем их подгонять или заставлять заниматься приписками? Понятно, что в нынешнем году погода помешала дать, так сказать, ожидаемый результат…
— Ну, по валу — да, погода неблагоприятная, условия А с точки зрения закладки площадей под новый урожай — там денег не хватает, просто физически не хватает денег на то, чтобы отсеяться. Если план составлял 19,8 млн. га, а сеяли 18,2 млн. га, ну, может, максимум 18,4 млн. га. Вот, этот недосев из-за отсутствия денег — в первую очередь.
«СП»: — А в чем угроза «дутой» статистики по урожаю, по посевным площадям?
— Это сказывается в регулировании, а потом — в больших потерях. В течение сезона выясняется, что у нас просто какие-то астрономические потери, мы растеряли и ресурс, который в статистике отражен — к концу сезона его нет. И вот с этой бумажкой цены искажаются. Цены — это первый показатель того, что в отчетной статистике что-то не так. Согласно статистике и показателям, цены должны уже довольно сильно упасть. А они не падают.
«СП»: — Как Минсельхоз РФ отреагировал на ваше заявление о сложившейся практике приписок?
— Я выношу этот вопрос в публичное пространство как раз по той причине, что Минсельхоз молчит. И эту проблему никак не озвучивает, не комментирует, и ею не занимается.
«СП»: — А вы рассчитываете на диалог?
— Я хотел бы рассчитывать на то, что Минсельхоз займется проверкой статистики, займется хотя бы анализом того, что происходит. Потому что на самом деле в «кривых» цифрах, в некорректной статистике никто не заинтересован. Ни рынок не заинтересован, ни Минсельхоз не заинтересован.
— Мы уже лет двадцать наблюдаем, что у того или иного региона могут появляться какие-то странные данные в отчетности, — отметил исполнительный директор аналитического центра «Совэкон», экономист Андрей Сизов:
— Но дело в том, что окончательные данные по урожаю даются не региональным властями, и не Минсельхозом. Окончательные данные предоставляются Росстатом. И это очень хорошо, что у нас есть другое ведомство, которое дает эти данные, и как раз там все эти расхождения часто оказываются видны. Так что для нас это не новость. Конечно, хотелось бы более точной статистики, но ничего тут принципиально нового нет.
«СП»: — А причины такого явления?
— Какие-то регионы хотят выглядеть лучше. Какой-то регион хочет показать, что он собрал урожай больше намеченного. Какой-то регион хочет показать, что он собрал больше, чем другой регион. Да, такое бывает. Например, по региональной отчетности площадь уборки урожая не меняется, а при этом цифры производства почему-то растут. Чего быть не может. Но это, еще раз скажу, не новость нынешнего года, этим новостям лет двадцать. Те или иные регионы время от времени с этим «балуются», но принципиально это, слава богу, не искажает общую картину.
«СП»: — Подобные приписки могут как-то влиять на формирование, на уровень цен?
— Нет, это не те объемы.
— Эти приписки, скорее всего, просто попытка показать успешность отрасли, но не тактическая мера по воздействию на уровень цен, — считает директор Института аграрных исследований НИУ ВШЭ Евгения Серова:
— Могу только одно сказать. Когда в стране скрывают данные… Понимаете, вот эти данные о прогнозируемом урожае Минсельхоз должен регулярно публиковать, все время. Если бы это происходило, и экспертное сообщество это как-то комментировало, то таких вещей (приписок) не случалось бы. А у нас в аграрном секторе страны уже такие цифровые технологии внедряются, которые позволяют оценивать урожай на разных стадиях его созревания. Вот, я сейчас встречалась с одним из руководителей крупного агрохолдинга, он мне демонстрировал технологии, которые позволяют прогнозировать урожайность буквально на корню. Очень точно и заранее.
«СП»: — Но ошибки исключить здесь нельзя, а если они к тому же окажутся еще и в совокупности с приписками, то это может повлиять на итоговое ценообразование?
— Я склонна считать, что эти приписки все-таки менее всего связаны с попыткой как-то повлиять на цены, поскольку цены волнуют продовольственные, а зерно минимально участвует в продовольствии. Какой продукт ни возьмите, там в нем только на 10%-20% зерно участвует. То есть, если сказать, что у нас зерна много, это никак не повлияет на цены на макароны и хлеб. Это, скорее всего, попытка показать успехи отрасли Я вижу это так. Вряд ли это одна из тактических мер по сбиванию цен.
Источник